О Фонде | Материалы и публикации о безопасности | Мероприятия | СМИ о Фонде | Отчёты | Контакты
15 октября 2021
6 сентября 2021
28 апреля 2021
18 апреля 2021
23 февраля 2021
10 октября 2019
10 октября 2019
10 октября 2019
9 октября 2019
9 октября 2019
Материалы и публикации о безопасности
Ракеты под общим присмотром
23 ноября 2010 г. № 264 (5343)

Военные, дипломаты и специалисты по проблемам международной безопасности изучают заявления, сделанные президентом РФ Дмитрием Медведевым на саммите Россия-НАТО в Лиссабоне.

Предмет особого внимания экспертов - наша позиция по созданию европейской противоракетной обороны. Дмитрий Медведев перечислил главные принципы, которых придерживается Россия в данном вопросе. Это - равноправие, прозрачность, технологичность и ответственность за решение тех или иных задач ПРО. Есть еще два требования, которые президент РФ считает обязательными. Во-первых, система должна быть универсальной, то есть работать не на отдельную страну или группу государств, а прикрыть весь европейский континент, действовать в интересах всех его обитателей. Во-вторых, будущая система ПРО не должна разрушить сложившийся ядерный паритет.

Какое отношение атомные арсеналы имеют к противоракетному щиту, корреспонденту "РГ" объяснил начальник Генштаба Николай Макаров. По его словам, взаимосвязь тут очень жесткая. Чтобы ее понять, надо вернуться к предыстории вопроса. Раньше существовал договор, по которому мы и США взяли на себя обязательства не развивать систему ПРО. Суть тех соглашений - американцы будут иметь только одну закрытую систему противоракетной обороны в штате Северная Дакота, а мы - в Московском регионе. Это гарантировало равную степень защиты от ядерного удара.

Но США из договора вышли, что негативно сказалось на стратегической стабильности в мире. Вот почему Россия настаивала, чтобы новое соглашение СНВ-3 закрепило минимально необходимое количество боевых блоков и носителей. Что и было сделано. Однако развитие противоракетной обороны в Европе без учета интересов России означает изменение баланса сил. У тех же американцев появится больше возможностей сбивать наши ракеты еще на подлете к цели. Для сохранения стратегического равновесия России придется предусматривать меры по преодолению ПРО или увеличить количество боеголовок. Но тогда мы не впишемся в новый Договор о стратегических наступательных вооружениях. Вот почему Дмитрий Медведев заявил в Лиссабоне: "Если в результате противоракетной обороны ядерный баланс смещается в ту или иную сторону, это повлечет гонку вооружений".

В Португалии наш президент озвучил совершенно новую инициативу: совместно с НАТО не только создавать систему европейской ПРО, но и разделить ее на сектора. Подробной расшифровки этой новации на саммите не прозвучало. Поэтому кое-кто предположил, что речь идет о готовности России сбивать все ракеты, которые через нашу территорию полетят в Западную и Восточную Европу, и ответных обязательствах натовцев. Для военных с той и другой стороны это предположение выглядит, мягко говоря, надуманным. Дело в том, что любое государство, обладающее силами и средствами ПРО, будет сбивать ракеты на подлете к своим границам без каких-либо международных соглашений.

Другое дело, когда системы ПРО различных государств интегрированы в единую схему, когда идет обмен информацией о стартах ракет с территории третьих стран и выработан общий алгоритм ответных действий. Скажем, уже сегодня НАТО имеет немало средств ПРО на севере Европы. В будущем году их могут усилить за счет отправки в Северное море трех американских кораблей с современными противоракетными комплексами. Логично предположить, что ответственными за северо-западный сектор безопасности континента, в том числе нашей территории, определят натовцев. А российским вкладом в укрепление спокойствия на этой части Европы может стать информация с радиолокационных станций системы предупреждения о ракетном нападении в Оленегорске и Лехтуси. Последняя, между прочим, способна отслеживать запуски межконтинентальных баллистических, оперативно-тактических и тактических ракет на территории от Шпицбергена до Северной Африки. Что же касается глубины ее "взгляда", то специалисты утверждают: при необходимости РЛС под Санкт-Петербургом может отследить даже оленя в Гренландии.

А вот южный сектор европейской ПРО вполне может достаться России. США и их европейские партнеры по НАТО более всего опасаются ракетных ударов Тегерана, а наши радары в Армавире и азербайджанской Габале могут засекать старты межконтинентальных баллистических и оперативно-тактических ракет на расстоянии 6 тысяч километров. В поле их зрения не только Иран, но и огромная территория, вплоть до Африки и Индийского океана.

Понятно, что совместная охрана европейского неба не перечеркивает совершенствование национальных систем ПРО. Ясно и другое - жестко провести границы секторов ответственности реально только на армейских картах. Гипотетически могут возникнуть ситуации, когда чужую ракету в небе Польши будет удобнее сбивать российским комплексом, а "болванку" в нашем приграничном районе - натовцам. Если решение о совместном создании ПРО будет принято, генералам придется заранее определяться и с такими вариантами.

Впрочем, прежде российским и натовским военным надо вместе составить перечень ракетных угроз континенту. А уж затем прочерчивать контуры европейской ПРО и "столбить" свое место в этой системе.

Юрий Гаврилов "Российская газета"

105064, Москва, а/я 360 Телефон: (495) 662-67-67 / Факс:(495) 662-67-68
E-mail: info@naukaxxi.ru